pitbul-zaprygnul-vverh-pochti-na-45-metra-po-vertikalnoj-stene Посмотрите видео как питбуль допрыгнул до предмета на высоте 14 футов (4, 27 метра)! Если бы проводилась собачья Олимпиада, то этот питбуль...
morskaja-svinka-pigi-zhelaet-vsem-schastlivogo-dnja-svjatogo-patrika С днем Святого Патрика ВСЕХ! И ирландцев и не только ирландцев!
ryba-igla Родиной уникальной пресноводной рыбы-иглы является Индия, Цейлон, Бирма, Тайланд, Малайский полуостров. Достигают 38 см в длину. Принадлежит к...
botsija-kloun Считается, что рыбка боция-клоун (Botia macracantha) появилась в середине XIX века. О данном виде впервые упомянул Питер Бликер (голландский...
gjurza Гюрза (Vipera lebetina) – крупная змея, которая имеет притупленную морду и резко выступающие височные углы головы. Сверху голова змеи...

Майка фиолетовая (Meloe violaceus)

Майка фиолетовая (Meloe violaceus)

Весна в том году выдалась теплая, и уже в мае солнце светило совсем по-летнему жарко. Высокое ярко-голубое небо, покрытое поволокой сизых облачков на горизонте, яблони, клонившие ветви под тяжестью белоснежного покрывала цветов, первые пьяные от лучей солнца бабочки - все буквально принуждало отложить дела и отправиться в поход. Не устояв перед соблазном природы, собрав нехитрое снаряжение - пластиковые садки и коробочки для шестиногой добычи, я отправляюсь в путь. В тот раз маршрутом моей прогулки я выбрал цепь болотистых луж, расположенных за излучиной реки.

Миновав несколько холмов, на которых уже поднялись колоски соцветий примулы, я спустился в тенистую низину реки. А за ней показалась и опушка леса, еще серое от прошлогодней травы поле, над которым черным крестом парил коршун. На опушке, среди старых поваленных стволов деревьев, грелись лоснящиеся прыткие ящерицы, окрашенные во все тона серого и зеленого цветов. Ящерицы даже и не пытались убежать при моем приближении - весеннее солнышко еще не растопило оков зимнего сна. За следующим поворотом показалась и цель моего пути - цепочка луж, над которыми облаками кружили мошкара и комары. Замечу, что такая «стадность» -не случайное весеннее настроение комаров. Такое скопление помогает самцам комаров усилить интенсивность своего запаха, а значит, и приманивать самок с еще более далекого расстояния.

Осмотрев все лужи, на поверхности которых надеялся найти пауков, я расстроился, так как они оказались на редкость безжизненными. Сработал извечный закон невезения, преследующий исследователей отечественной фауны. Стоит только отправиться за ящерицами, как весь лес кишит пауками самых диковинных расцветок, но стоит на второй день пойти за пауками, как те просто исчезают будто в ожидании второго всемирного потопа! Реально оценив свои силы, я понял, что до торфяных болот, находящихся за полем, несмотря на жажду и усталость, я еще смогу добраться, но тучи огромных злых комаров, обитающих на торфяниках, вынести уже не смогу. Знаю не понаслышке, как эти страшные звери вместе с маленькой мошкарой налетают, окружив плотной стеной и лишая всякой возможности сопротивляться, стараясь выпить как можно больше крови проходящего путника.

Повернув назад, я уже с сожалением стал думать о загубленном дне, когда вдруг в колее от колес грузовика, по которой я шел, увидел одно из самых странных созданий, о которых мне доводилось только читать. Крупный жук насыщенного фиолетово-синего, почти черного цвета, с членистыми усиками и непропорционально огромным мягким брюшком, едва прикрытым выемчатыми, похожими на меленькие чешуйки, надкрыльями. Жук самозабвенно грыз листик злака, совершенно не обращая внимания на нависшего над ним дотошным энтомологом. Более пристальный осмотр насекомого не оставил сомнений в том, что передо мной майка фиолетовая (Meloe violaceus), представитель обширного семейства нарывников Meloidae.

Со всеми предосторожностями я поместил нового питомца в пакет и поспешил домой, чтобы как можно быстрее разместить его в просторном садке. Мой жук легко перенес путешествие. Но стоило мне только прикоснуться к нему, как из члеников ножек майки и по краям тучного брюшка выступили маленькие капельки неприятно пахнущей ядовитой жидкости. Именно этот выступивший секрет, который является не чем иным, как ядовитой кровью насекомого, помогает, в общем-то, безоружному и достаточно малоподвижному жуку защищаться от возможных врагов, желающих получить скорый обед. Кстати говоря, яд, содержащийся в крови маек, очень токсичен - 30 мг такого яда могут убить человека! Такой механизм защиты называется «пассивным», то есть животное не имеет специальных ранящих образований для введения яда (жало и т. п.), и даже не имеет специальных желез, продуцирующих ядовитый секрет. Защита эта срабатывает только в случае вынужденной обороны насекомого и не может быть использована миролюбивой и травоядной майкой для нападения или охоты.

Я аккуратно высадил жука в инсектарий, выстлав дно листьями злаков, а также бросил туда несколько цветков одуванчика. Через день, как только я наклонился над садком попытаться заменить пожухлую траву, майка вновь немедленно устроила себе добровольное «кровопускание». Опасаясь, что мой новый постоялец может потерять много крови и ослабеть, я старался впредь вести себя максимально аккуратно. Еще через день насекомое уже не пугалось моего приближения, а через неделю майка сама заходила ко мне на ладонь, чтобы угоститься цветком одуванчика и нормально реагировала, если я осторожно брал ее в руки. Такая «храбрость», на мой взгляд, есть не что иное, как редуцированный инстинкт самосохранения. То есть насекомое, «зная» о силе" своего яда, заведомо не боится нападения врага, а проще говоря - у майки нет такой программы. Подобное «знание» есть веками выработанный механизм поведения: если маек никто не может съесть, то зачем тратить энергию и убегать от возможной опасности, если можно ее просто не замечать? А любой лишний орган или механизм поведения, если он не оправдывает себя, устраняется эволюцией. Зачем нужна активная защита, если и пассивная работает на все сто? Подобную способность быстро входить в контакт с человеком из-за «уверенности» в силе своего яда мне демонстрировали и ядовитые пауки каракурты. Так каракурты привыкали брать прямо из пальцев умерщвленных сверчков, что на самом деле совсем не характерно для пауков-тенетников. В основе этого бесстрашия перед человеком лежит тот же эволюционный механизм, что и у маек.

Майка быстро привыкла есть из рук

Майка быстро привыкла есть из рук

 

Судя по непропорционально огромному брюшку моего нового питомца, ко мне в руки попала самочка майки, поскольку самцы маек значительно мельче и более пропорционально сложены. Длина тела самки была в пределах четырех сантиметров, при этом две трети длины занимало брюшко! Вообще, при кажущейся неповоротливости эти жуки очень подвижны и могут бегать с приличной скоростью, при этом совершенно игнорируя возможную опасность. Кроме гротескного вида и ядовитости, у маек есть еще одна интересная особенность - гиперметаморфоз или избыточное превращение. Давайте рассмотрим это явление подробнее.

Как я уже рассказывал, все насекомые делятся на две большие группы - насекомые с полным и неполным превращением. Насекомые с полным превращением проходят три стадии развития после появления на свет из яичка: личинка, куколка и имаго (взрослое насекомое). При этом личинка сильно отличается внешним видом и образом жизни от имаго. Рост и развитие происходят только на стадии личинки и никогда - имаго. К таким насекомым относятся, например, бабочки и многие жуки (жесткокрылые).

В случае с насекомыми с неполным превращением из яичка вылупляется миниатюрная копия взрослого насекомого, которая растет и, соответственно, регулярно линяет, превращаясь во взрослое насекомое, минуя стадии личинки и куколки.

Но майки пошли дальше всех. Количество яиц только в одной кладке нередко превышает 4000, что вполне понятно, ведь чтобы достичь стадии имаго, личинке надо проделать очень долгий путь. Из яичек выходит меленькая подвижная длинноногая личинка - триунгулин, которая, покинув материнскую норку, тут же взбирается на ближайший цветок. Как только прилетает пчела (чаще всего это антофора) и принимается лакомиться нектаром, маленькие личинки, не теряя времени даром, забираются к ней на брюшко, удерживаясь за волоски. Если на цветок сядет другое насекомое, то личинки будут карабкаться и на него, повинуясь слепому инстинкту и попадая на гибельный для них путь.

Когда пчела возвращается в нору делать восковую ячейку и наполнять ее медом для своей личинки, хитрый триунгулин не покидает своего места на спине антофоры - он лишь переворачивается вниз головой и замирает в таком положении. Покидает он брюшко антофоры только в тот момент, когда пчела делает кладку яичка, которое триунгулин позже высосет, а на его пустой шкурке будет плавать по медовой массе, как на плоту. В этот момент происходит первая линька личинки, которая резко меняет ее облик. Она становится похожей на личинку пластинчатоусых жуков (той же золотистой бронзовки). Она будет питаться медом своей ячейки, а затем, сломав перегородки, и соседних ячеек. Но вот подходит время новой линьки, и триунгулин превращается в малоподвижную личинку, не имеющую ножек, но зато имеющую валик по боковой стороне тела. Личинка на этой стадии развития майки называется псевдохризолидой. Но и на этом превращение майки не оканчивается.

Перед окукливанием личинка линяет еще раз. Теперь она из псевдохризолиды превращается в личинку, по строению похожую на следующую за триунгулином стадию, только имеющую более короткие конечности. Начавшись весной, цикл развития заканчивается только осенью. Куколка зимует, чтобы весной после спаривания выпустить на свободу взрослых маек.

Итак, как только я высадил принесенного жука в садок, он проворно сделал несколько кругов по новому месту обитания, а затем принялся активно поедать одуванчик. Таким образом, проблема с питанием майки решилась легко - жук и впоследствии с удовольствием поедал любую зелень, начиная от листьев злаковых трав и заканчивая листьями одуванчика. С десяти часов утра и до пяти часов дня майка непрестанно бегала по садку, а с наступлением сумерек забиралась на цветок одуванчика и приступала к трапезе, которая длилась до самого утра. В жаркие дневные часы жук прятался под листьями кормовых растений или охлаждался оригинальным способом - выкапывал ямку в грунте и помещал туда часть своего брюшка. По всей видимости, покрытая мягкой кутикулой часть брюшка жука чувствительна к высыханию. При этом ножки, головогрудь и основная часть брюшка майки оставались снаружи.

Прошло несколько недель, и мой постоялец заметно округлился и стал проявлять беспокойство - он стал еще быстрее и дольше бегать по садку и меньше есть. Я решил выпустить майку на участке и проследить за ней. Как только я высадил ее на землю, она, выбрав нужное ей направление, быстро посеменила через заросли травы, с трудом протискивая свое брюшко через кустики лисохвоста. Вообще майка вела себя очень осознанно - она поднимала голову и, шевеля членистыми усиками, к чему-то «принюхивалась». Затем быстрой рысью пускалась в заинтересовавшем ее направлении. По всей видимости, запах, так манивший самку, был запахом того биотопа, где обитает нужный для ее развития вид или виды пчел (антофоры и другие). Ведь единственное, что самка может сделать для своего многочисленного потомства, - это закопать кладку вблизи цветов, которые посещают антофоры.

Но вот майка остановилась и как-то осмысленно нагнула голову, ощупывая усиками влажную почву. Затем мощными челюстями принялась грызть лежалый грунт, а накрошенный песок широкой головой она подгребала под себя, выбрасывая его ножками за свое туловище. Раскопки моей майки продвигались со скоростью 1 см в 20-25 минут, что было неплохой скоростью, учитывая спрессованный глинистый грунт. Медленно росла кучка земли за спиной жука, а норка становилась все глубже и глубже. Мои попытки забрать майку от норки не увенчались успехом - она прятала брюшко в нору, цеплялась лапками за края, нагибая голову к груди и выделяя на члениках капельки ядовитой крови. Майка явно готовилась к кладке. В природе после кладки самка закапывает ее и отправляется восвояси, вверяя свое потомство удаче и судьбе. За сезон самка способна сделать одну-две кладки яиц.

Несмотря на сложное развитие, майка оказалась одним из самых неприхотливых в содержании в домашних условиях насекомых. Но насколько легко содержать майку в неволе, настолько же сложно получить от нее потомство в условиях инсектария - все стадии развития личинки без пчелиного улья просто невозможно воспроизвести. Тем не менее наблюдение за майкой в течение нескольких месяцев (а век всех жуков не долог) поможет узнать много нового о единственном в Средней полосе ядовитом жуке и убедиться в том, что за удивительными насекомыми необязательно ехать в далекие тропические леса.

Еще интересные статьи по теме:
ИНСЕКТАРИЙ - БИОЦЕНОЗ
ИНСЕКТАРИЙ - БИОЦЕНОЗ Было бы глупо полагать, что, например, аквариум - это просто резервуар
ОТРЯД СКОРПИОНОВЫЕ МУХИ (MECOPTERA)
ОТРЯД СКОРПИОНОВЫЕ МУХИ (MECOPTERA) Имеют вытянутую вниз в виде клюва голову (что им придает
Пауки-охотники семейства пизаурид (Pisauridae)
Пауки-охотники семейства пизаурид (Pisauridae) Что касается размера, то эти пауки лишь немно
ОТРЯД УХОВЕРТКИ (DERMAPTERA)
ОТРЯД УХОВЕРТКИ (DERMAPTERA) Насекомые этого отряда характеризуются короткими надкрыльями, гр
Зернистая жужелица (Carabas granulatus)
Зернистая жужелица (Carabas granulatus) Жужелицы не могут похвастаться ни исполинскими размер
ОТРЯД ДЕСЯТИНОГИЕ РАКИ (DECAPODA)
ОТРЯД ДЕСЯТИНОГИЕ РАКИ (DECAPODA) Я не стану подробно останавливаться на анатомии и физиологи